Архив публикаций
Традиционная и интегративная медицина в повестке БРИКС: от экспертного обмена к институционализации
Общественное здоровье
Исследовательская серия «Россия и ТКИМ в БРИКС»
Традиционная и интегративная медицина в повестке БРИКС:
от экспертного обмена к институционализации
Traditional and Integrative Medicine on the BRICS Agenda:
From Expert Exchange to Institutionalization
Александр Дмитриев
врач Аюрведы, бакалавр аюрведической медицины и хирургии,
кафедра панчакармы,
Институт преподавания и исследований в области аюрведы,
Джамнагар, Гуджарат, Индия;alextoysov@gmail.com
Alexander O. Dmitriev (India)
Department of Panchakarma,
Institute of Teaching and Research in Ayurveda,
Jamnagar, Gujarat, India;
alextoysov@gmail.com
Абстракт
Актуальность: В июле 2026 года на заседании министров здравоохранения БРИКС в Чандигархе было согласовано Техническое задание предлагаемой Экспертной рабочей группы БРИКС по традиционной, комплементарной и интегративной медицине (ТКИМ), что завершило более чем десятилетний путь превращения ТКИМ из второстепенной темы в самостоятельное направление здравоохранительного трека БРИКС. Цель: выяснить, как формировалось направление ТКИМ в здравоохранительном треке БРИКС с 2013 по 2026 год и какую роль в этом процессе играли Китай, Индия и Россия.
Методы: Качественный анализ деклараций и коммюнике БРИКС (2013–2026 гг.), Технического задания рабочей группы, международных документов и материалов, связанных с деятельностью БРИКС в области ТКИМ.
Результаты: Направление прошло путь от экспертного обмена и политического признания к формированию постоянного механизма сотрудничества. Китай и Индия выступали основными источниками инициатив, используя периоды своего председательства для продвижения собственных систем традиционной медицины. Россия участвовала в обсуждениях и поддерживала формирующуюся рамку, но не демонстрировала сопоставимого уровня инициативности, хотя в других направлениях здравоохранительного трека БРИКС её роль проактивна.
Заключение: Различие в характере участия само по себе не позволяет судить о степени политической заинтересованности государств. Оно ставит вопрос о внутренних институциональных условиях, необходимых для самостоятельного формирования международной повестки ТКИМ.
Ключевые слова:
традиционная медицина, комплементарная медицина, интегративная медицина, ТКИМ, БРИКС, здравоохранительный трек, Россия, Китай, Индия
Abstract
Background: In July 2026, at the meeting of BRICS health ministers in Chandigarh, the Terms of Reference of the proposed BRICS Expert Working Group on Traditional, Complementary and Integrative Medicine (TCIM) were agreed, completing a path of more than a decade in which TCIM developed from a peripheral topic into a distinct area of the BRICS health track. Objective: To establish how the TCIM area within the BRICS health track took shape between 2013 and 2026, and what roles China, India, and Russia played in this process.
Methods: Qualitative analysis of BRICS declarations and communiqués (2013–2026), the Terms of Reference of the working group, international documents, and materials related to BRICS activities in the field of TCIM.
Results: The area progressed from expert exchange and political recognition to the formation of a permanent cooperation mechanism. China and India were the main sources of initiatives, using their chairmanship periods to promote their own traditional medicine systems. Russia took part in the discussions and supported the emerging framework, but did not demonstrate a comparable level of initiative, although its role in other areas of the BRICS health track is proactive.
Conclusion: The difference in the nature of participation does not in itself permit conclusions about the degree of states' political interest. It raises the question of the domestic institutional conditions required for the independent formation of an international TCIM agenda.
Keywords:
traditional medicine, complementary medicine, integrative medicine, TCIM, BRICS, health track, Russia, China, India
1. Введение
Традиционная, комплементарная и интегративная медицина (ТКИМ) как зонтичный термин сама по себе является относительно недавней конструкцией, что создаёт определённую ретроспективную проблему для любой статьи, рассматривающей сотрудничество, начавшееся до появления и закрепления этого термина. Терминология, используемая самой ВОЗ, также изменилась лишь сравнительно недавно: на протяжении большей части периода, охватываемого настоящей статьёй, традиционная медицина, комплементарная медицина и интегративная медицина рассматривались и обозначались как отдельные категории. Лишь с принятием Глобальной стратегии ВОЗ в области традиционной медицины на 2025–2034 годы ВОЗ объединила их под единым обозначением «ТКИМ», одновременно обновив соответствующую терминологию и в неанглоязычных версиях своих материалов с учётом этого изменения [1].
Аналогичная терминологическая проблема непосредственно рассматривается в недавней статье, опубликованной в Бюллетене Всемирной организации здравоохранения и посвящённой кадровым ресурсам традиционной медицины. В этой работе термин «традиционная медицина» используется в качестве рабочего сокращения для обозначения всего спектра традиционной, комплементарной и интегративной медицины — прежде всего ради удобства и читаемости текста. При этом авторы прямо оговаривают, что такое употребление представляет собой условность, принятую для удобства изложения, и не означает утверждения о том, что соответствующие практики образуют единую или однородную категорию [2]. Следуя этому прецеденту и исходя из той же необходимости избежать чрезмерного усложнения терминологии, в настоящей статье термины «ТКИМ» и «традиционная медицина» используются как взаимозаменяемые на протяжении всего текста, в том числе при описании периодов, предшествовавших появлению самого термина «ТКИМ». Такое употребление является исключительно терминологическим удобством, необходимым для обеспечения последовательности и читаемости изложения, а не утверждением о том, что данные системы исторически воспринимались как единая категория — будь то самими государствами, рассматриваемыми в статье, или БРИКС в целом. Это особенно важно с учётом того, что ни один единый термин не способен без определённого упрощения охватить индийскую АЮШ, китайскую традиционную китайскую медицину и российские формы народной и комплементарной медицины.
ТКИМ, часто представленная в научной литературе как противоположность биомедицине и определяемая через то, «чем она не является» [3], имеет длительную и сложную историю формирования под воздействием чрезвычайно разнообразных культурных, исторических и философских контекстов. Во многих обществах она выходит далеко за рамки исключительно лечебной практики, являясь частью культурного наследия, общественных представлений о здоровье и болезни и, в ряде случаев, национальной идентичности. ВОЗ определяет традиционную медицину как «совокупность знаний, навыков и практик, основанных на теориях, представлениях и опыте, присущих различным культурам, независимо от того, поддаются ли они объяснению» [4]. Согласно данным ВОЗ, традиционная медицина используется по меньшей мере в 170 государствах-членах организации для поддержания здоровья, а также профилактики, диагностики и лечения заболеваний [5]. Для различных групп населения по всему миру она также остаётся предпочтительным или наиболее доступным источником медицинской помощи [6].
Значение ТКИМ для первичной медико-санитарной помощи (ПМСП) и достижения всеобщего охвата услугами здравоохранения (ВОУЗ) неоднократно подтверждалось в международных соглашениях и политических документах. Это относится, в частности, к Алма-Атинской декларации 1978 года и Астанинской декларации 2018 года, а также к резолюциям Генеральной Ассамблеи ООН по всеобщему охвату услугами здравоохранения 74/2 (2019) и 78/4 (2023), в которых правительства призываются изучать возможности интеграции безопасных и научно обоснованных подходов ТКИМ в национальные системы здравоохранения [7]. Важную роль в формировании соответствующей международной политики играют и стратегии ВОЗ в области традиционной медицины, включая стратегии на периоды 2002–2005, 2014–2023 и 2025–2034 годов, а также создание Глобального центра ВОЗ по традиционной медицине. Эти инициативы способствуют разработке соответствующих методологий, подходов и стандартов и формируют международную нормативную и техническую основу для дальнейшего развития данного направления.
На этом фоне БРИКС в последние годы превратился в одну из наиболее заметных международных платформ, участвующих в формировании глобальной повестки в области ТКИМ. Как объединение, представляющее значительную долю мирового населения и значительную часть спроса на медицинские услуги стран Глобального Юга [8], БРИКС постепенно расширил свою повестку в области здравоохранения далеко за пределы первоначального внимания к инфекционным заболеваниям и доступу к фармацевтической продукции. Традиционная медицина постепенно стала отдельным и признаваемым направлением сотрудничества в рамках здравоохранительного трека объединения.
Наиболее наглядным свидетельством этого расширения стало шестнадцатое заседание министров здравоохранения стран БРИКС, состоявшееся в Чандигархе в июле 2026 года в период председательства Индии. По итогам заседания в декларации БРИКС впервые появился самостоятельный раздел, посвящённый ТКИМ, а также был сделан дальнейший шаг к институционализации Экспертной рабочей группы БРИКС по ТКИМ с окончательно согласованным Техническим заданием [9]. Таким образом, данное событие можно рассматривать как кульминационный этап развития направления сотрудничества, которое начиналось с неформального и необязывающего упоминания традиционной медицины в Делийском коммюнике 2013 года и в течение более чем десятилетия постепенно развивалось в сторону создания постоянного институционального механизма.
Однако происходящая институциональная консолидация одновременно выявляет заметную асимметрию между ключевыми государствами объединения. Китай и Индия использовали свои последовательные председательства в БРИКС для активного продвижения и формирования повестки в области ТКИМ, уделяя особое внимание соответственно традиционной китайской медицине и аюрведе. Россия, напротив, последовательно поддерживала принимаемые в рамках БРИКС декларации, однако в периоды собственного председательства не выдвигала сопоставимых инициатив в отношении ТКИМ. Такая модель поведения заметно отличается от более проактивной роли России в других направлениях здравоохранительного трека БРИКС, включая лидерство в создании систем раннего эпидемиологического предупреждения, сотрудничество в области исследований вакцин, диагностики туберкулёза и ядерной медицины [10]. В связи с этим в настоящей статье описывается, как формировалась повестка БРИКС в области ТКИМ и в чём состоял характер участия в этом процессе Китая, Индии и России
Настоящая статья ставит вопрос о том, как формировалось направление ТКИМ в здравоохранительном треке БРИКС с 2013 по 2026 год и какую роль в этом процессе играли Китай, Индия и Россия. Анализ основан на декларациях и коммюнике БРИКС, Техническом задании Экспертной рабочей группы и связанных с ними международных документах и материалах.
Статья является первой в серии из трёх публикаций. Вторая часть посвящена сравнительному анализу внутренних систем ТКИМ Китая, Индии и России по шести направлениям, третья рассматривает институциональные условия, при которых подписанное обязательство может быть превращено в практическое участие. Настоящая статья построена следующим образом: в разделе 2 прослеживается история формирования повестки БРИКС по ТКИМ и роль Китая и Индии, в разделе 3 рассматривается участие России в здравоохранительном треке БРИКС в целом и в направлении ТКИМ в частности, раздел 4 подводит итоги и формулирует вопрос для последующих частей.
Статья не оценивает степень политической заинтересованности государств в ТКИМ и не рассматривает отсутствие инициатив как свидетельство отсутствия интереса. Она фиксирует различия в характере участия и институционального вклада в формирование соответствующей повестки.
2. Формирование повестки БРИКС в области ТКИМ
2.1. Последние изменения
Шестнадцатое заседание министров здравоохранения стран БРИКС, состоявшееся в июле 2026 года в Чандигархе (Индия) в период председательства Индии, завершилось единогласным принятием Шестнадцатой декларации министров здравоохранения БРИКС. Впервые в документе появился отдельный самостоятельный раздел, посвящённый традиционной, комплементарной и интегративной медицине (ТКИМ) [9,12].
В декларации государства-участники подтвердили намерение развивать исследования, основанные на научных данных, сближать нормативные подходы, проводить совместные многострановые клинические исследования и систематизировать лучшие клинические практики. Особое внимание уделено вопросам безопасности, контроля качества, оценки токсичности и созданию систем фармаконадзора. Государствам рекомендуется регистрировать клинические исследования ТКИМ в признанных ВОЗ реестрах, включая Международный реестр клинических исследований традиционной медицины ВОЗ. Кроме того, декларация предусматривает развитие цифровых платформ для обмена знаниями и совместимых между собой информационных систем с использованием ресурсов Глобальной библиотеки ВОЗ по традиционной медицине. Отдельно отмечается потенциал искусственного интеллекта и анализа больших данных для развития исследований, образования и практического применения ТКИМ [9].
Ключевым институциональным результатом стало согласование Технического задания предлагаемой Экспертной рабочей группы БРИКС по ТКИМ. Техническое задание было окончательно согласовано на основе консенсуса на подготовительной встрече в Чандигархе в июле 2026 года. Предполагается, что рабочая группа будет действовать в рамках здравоохранительного трека БРИКС и станет механизмом для технического обмена, сближения регуляторных подходов и координации совместных исследований [11].
Таким образом, ТКИМ перестала быть второстепенной темой, которая ранее появлялась главным образом в рамках отдельных мероприятий или рассматривалась в контексте повестки по неинфекционным заболеваниям. Она постепенно превратилась в самостоятельное направление сотрудничества БРИКС в области здравоохранения, наряду с исследованиями туберкулёза, готовностью к пандемиям и развитием цифровой инфраструктуры здравоохранения [12].
Эти шаги соответствуют Глобальной стратегии ВОЗ в области традиционной медицины на 2025–2034 годы, принятой на 78-й сессии Всемирной ассамблеи здравоохранения в мае 2025 года. Декларация демонстрирует приверженность стран БРИКС дальнейшему развитию этого направления и их последовательную поддержку задачи обеспечить всеобщий доступ к безопасным, эффективным, доступным и ориентированным на человека методам традиционной, комплементарной и интегративной медицины в интересах здоровья и благополучия населения.
2.2. Историческое развитие сотрудничества БРИКС в области ТКИМ
|
Год |
Ключевое событие |
Значение для политики |
|
2013 |
Делийское коммюнике |
Первое неформальное признание направления и начало обмена между экспертами |
|
2016 |
Мероприятие на полях 69-й сессии ВОЗ |
Расширение концепции за счёт идеи комплексного подхода и включения йоги |
|
2017 |
Тяньцзиньская декларация |
Курс на интеграцию традиционной медицины в национальные системы здравоохранения и согласование подходов с глобальной стратегией ВОЗ |
|
2021 |
Виртуальное председательство Индии |
Предложение сближать нормативные требования и стандарты |
|
2022 |
Форум в Пекине и Чжанчжоу |
Запуск «Онлайн-инициативы» по сотрудничеству в области традиционной медицины, включая исследования COVID-19 и инфекционных заболеваний |
|
2026 |
Чандигархская декларация |
Институционализация Экспертной рабочей группы по ТКИМ и согласование её Технического задания |
Таблица 1. Хронология формирования повестки БРИКС в области традиционной, комплементарной и интегративной медицины (ТКИМ).
Этап I. Появление ТКИМ в повестке: 2013–2016 годы
На первоначальном этапе традиционная медицина вошла в здравоохранительную повестку БРИКС прежде всего на уровне политического признания. Первое официальное упоминание этого направления в рамках сотрудничества министров здравоохранения БРИКС относится ко второму заседанию министров здравоохранения БРИКС в Нью-Дели в 2013 году. Принятое по его итогам Делийское коммюнике признало историческое значение традиционной медицины и рекомендовало начать неформальное и необязывающее академическое сотрудничество, в частности посредством обмена экспертами и проведения научных симпозиумов [13].
В последующие несколько лет традиционная медицина оставалась второстепенным направлением повестки и нередко рассматривалась, скорее, как часть культурного наследия, чем как самостоятельный элемент национальных систем здравоохранения. Важным шагом в расширении этой повестки стала встреча в мае 2016 года на полях 69-й сессии Всемирной ассамблеи здравоохранения в Женеве. Государства-участники тогда отметили терапевтический потенциал «традиционных и комплементарных систем медицины» и отдельно выделили йогу как подход, способный дополнять современную медицину в рамках более целостного подхода к охране здоровья населения [14].
Развитие этого направления продолжилось на шестом заседании министров здравоохранения БРИКС в Нью-Дели в декабре 2016 года. Министры договорились создать в Китае специализированный форум высокого уровня, который должен был перевести прежние академические обмены из преимущественно символического формата в более структурированное направление сотрудничества [15].
Этап II. Формирование политической и нормативной основы: 2017–2022 годы
Переход от общего политического признания к более конкретному сотрудничеству произошёл во время председательства Китая в БРИКС в 2017 году. На седьмом заседании министров здравоохранения БРИКС в Тяньцзине государства-участники приняли Совместную декларацию стран БРИКС об укреплении сотрудничества в области традиционной медицины. В документе была закреплена установка на постепенную интеграцию традиционной медицины в национальные системы здравоохранения стран-участниц, а сотрудничество БРИКС было прямо увязано со Стратегией ВОЗ в области традиционной медицины на 2014–2023 годы [16].
К 2021 году, в период виртуального председательства Индии, акцент сместился в сторону сближения нормативных требований и разработки общих стандартов. Министры здравоохранения БРИКС исходили из того, что разрозненные национальные системы регулирования существенно ограничивают возможности обеспечения безопасности и качества традиционных лекарственных средств. В связи с этим было предложено развивать трансграничные стандарты и провести отдельный Форум высокого уровня, который должен был способствовать реализации основных положений Тяньцзиньской декларации 2017 года [17].
Следующим этапом стал Форум высокого уровня БРИКС по традиционной медицине 2022 года, проведённый в смешанном формате в Пекине и Чжанчжоу. По итогам форума была одобрена Онлайн-инициатива БРИКС по сотрудничеству в области традиционной медицины, предусматривавшая практические механизмы совместных клинических исследований инфекционных заболеваний, прежде всего COVID-19, программы подготовки специалистов и сотрудничество в области устойчивого использования региональных лекарственных ресурсов [18].
Этап III. Институциональное оформление и формирование современной рамки ТКИМ: 2026 год
К июлю 2026 года, в период председательства Индии и на фоне заседаний в Чандигархе, направление сотрудничества перешло к более широкой концепции традиционной, комплементарной и интегративной медицины (ТКИМ), отражающей дальнейшее развитие соответствующей международной повестки. Хотя современные институциональные изменения подробнее рассматриваются в других разделах настоящей статьи, с исторической точки зрения особенно важно, что именно 2026 год ознаменовался одобрением Экспертной рабочей группы БРИКС по ТКИМ и окончательным согласованием её подробного Технического задания (ToR). Предполагается, что рабочая группа станет постоянным консультативным механизмом, работающим под руководством государств-участников и охватывающим такие вопросы, как клиническая оценка методов, разработка и сближение регуляторных стандартов, а также защита традиционных знаний от биопиратства [19].2.3. Роль Китая и Индии
Развитие повестки ТКИМ в рамках БРИКС в значительной степени происходило под влиянием Индии и Китая. Обе страны использовали периоды своего председательства для продвижения собственных систем традиционной медицины на международном уровне и придания им более заметного места в общей повестке объединения.
Вклад Индии был прежде всего связан с институциональным оформлением сотрудничества, сближением нормативных подходов и развитием академического взаимодействия. В периоды председательства в 2016 и 2021 годах Индия стремилась перевести традиционные системы из сферы преимущественно локальных культурных практик в область стандартизируемых медицинских подходов. В период председательства 2026 года Индия завершила работу по созданию постоянной Экспертной рабочей группы по ТКИМ, а также сформировала координируемую сеть Центров передового опыта (Centres of Excellence, CoEs), которую возглавил Национальный институт психического здоровья и нейронаук (NIMHANS). Эта работа направлена, в частности, на более систематическое сочетание подходов к психическому благополучию и традиционной медицины в рамках первичной медико-санитарной помощи. Через Министерство АЮШ Индия также последовательно продвигала стандартизацию требований к безопасности и эффективности традиционных лекарственных средств, а также развитие систем фармаконадзора в рамках сотрудничества БРИКС [12,19].
Китай, в свою очередь, уделял больше внимания клинической доказательности, включению традиционной китайской медицины (ТКМ) в современную систему здравоохранения и развитию международного сотрудничества и торговли. Во время председательств Китая в 2017 и 2022 годах Пекин активно продвигал ТКМ как один из инструментов международного сотрудничества в области глобальной безопасности здравоохранения. На Форуме 2022 года Юй Вэньмин, руководитель Национального управления традиционной китайской медицины Китая (NATCM), представил опыт широкого применения ТКМ при лечении COVID-19 и связал китайские инициативы с оценками и работой экспертов ВОЗ. Одновременно Ли Дэцзинь, заместитель губернатора провинции Фуцзянь, рассматривал ТКМ также в контексте международной торговли и выступал за создание международной системы стандартизации традиционной китайской медицины, которая могла бы снижать технические барьеры для торговли [16,18].
Такая активная роль Индии и Китая в формировании повестки заметно отличается от сравнительно ограниченного участия России в продвижении ТКИМ в рамках БРИКС. Россия участвовала в соответствующих технических обсуждениях и поддерживала совместные декларации министров, однако имеющиеся данные свидетельствуют о значительно меньшей активности России в использовании площадки БРИКС для выдвижения собственных инициатив в области ТКИМ, создания специализированных институциональных механизмов или формирования совместных программ, отражающих самостоятельный российский подход [20–22]. До настоящего времени роль России в большей степени заключалась в участии в направлениях, сформированных в рамках общего процесса БРИКС, чем в самостоятельном определении содержания и приоритетов повестки ТКИМ.
3. Позиция России в сотрудничестве БРИКС в области здравоохранения
3.1. Участие России в здравоохранительном треке БРИКС в целом
Ограниченное участие России в повестке ТКИМ не отражает общего уровня её вовлечённости в сотрудничество БРИКС в области здравоохранения. Напротив, Москва активно участвует в ряде направлений здравоохранительного трека БРИКС. К таким направлениям относятся эпидемиология, биологическая безопасность и готовность к угрозам для здоровья, разработка вакцин, исследования туберкулёза и ядерная медицина. В частности, речь идёт о следующих направлениях.
Эпидемиологический надзор и биологическая безопасность. Россия выступила основным инициатором создания Интегрированной системы раннего предупреждения БРИКС для профилактики и реагирования на угрозы массовых инфекционных заболеваний. Инициатива предусматривает многосторонний обмен данными и совместные меры по снижению биологических угроз [23].
Исследования и разработка вакцин. Россия активно поддерживает Центр исследований и разработок вакцин БРИКС с момента его создания в 2022 году. Москва использовала эту площадку для продвижения совместных клинических исследований и передачи технологий, связанных с кандидатами на вакцины против возбудителей, представляющих высокую эпидемиологическую опасность, включая вирус Марбург, лихорадку Ласса и лихорадку Западного Нила [24].
Борьба с туберкулёзом. Россия активно участвует в Исследовательской сети БРИКС по туберкулёзу. С учётом значительного внутреннего бремени туберкулёза с множественной лекарственной устойчивостью российские учреждения участвуют в совместных исследованиях БРИКС, включая работу по лекарственно-устойчивым формам туберкулёза, диагностике и схемам лечения [10,25].
Ядерная медицина. По инициативе России в 2023 году была создана Рабочая группа БРИКС по ядерной медицине. Её деятельность направлена на разработку, стандартизацию производства и внедрение в клиническую практику инновационных радиофармпрепаратов для диагностики и терапии онкологических заболеваний [10,26].
В совокупности эти примеры показывают, что ограниченный характер участия России в повестке ТКИМ не отражает общего уровня её вовлечённости в сотрудничество БРИКС в области здравоохранения.
3.2. Позиция России по ТКИМ в рамках БРИКС
Исторически традиционная медицина занимала ограниченное место среди приоритетов России в рамках здравоохранительного трека БРИКС. На крупных заседаниях и в декларациях, проводившихся или принимавшихся в периоды председательства России в 2015, 2020 и 2024 годах, основное внимание уделялось таким направлениям, как инфекционные заболевания, клинические технологии, регулирование лекарственных средств и безопасность здравоохранения. ТКИМ при этом не сформировалась в качестве самостоятельного содержательного приоритета [20–22].
Вместе с тем участие России в мероприятиях, непосредственно посвящённых ТКИМ, показывает, что Москва поддерживала инициативы, выдвинутые в период председательства других стран БРИКС. Так, на Форуме высокого уровня БРИКС по традиционной медицине 2022 года, организованном Китаем, Россию представлял Олег Сонин, заместитель директора Департамента международного сотрудничества и связей с общественностью Министерства здравоохранения России. В то время как Китай использовал форум для продвижения роли традиционной китайской медицины в лечении COVID-19, а Индия делала акцент на стандартизации и международном сотрудничестве, Сонин выразил поддержку Онлайн-инициативе 2022 года и заявил о готовности России обмениваться с другими странами БРИКС эффективными практиками и опытом в области народной и традиционной медицины (18). При этом по итогам данного участия не возникло ни одной многосторонней программы или институционального механизма по ТКИМ, возглавляемого Россией.
Таким образом, речь не идёт о полном отсутствии участия России в данном направлении. Россия участвовала в развитии повестки ТКИМ и поддерживала инициативы, выдвинутые в её рамках, однако документально подтверждённая роль России до настоящего времени характеризуется преимущественно участием и поддержкой уже предложенных инициатив, а не самостоятельным формированием повестки или созданием механизмов сотрудничества по инициативе самой России.
4. Заключение
Таким образом, к 2026 году сотрудничество БРИКС в области ТКИМ прошло путь от экспертного обмена и политического признания, начавшегося с Делийского коммюнике 2013 года, к формированию более устойчивого механизма технического взаимодействия, оформленного Чандигархской декларацией и Техническим заданием Экспертной рабочей группы. При этом Китай и Индия использовали периоды своего председательства и национальные институциональные ресурсы для продвижения собственных инициатив, тогда как участие России преимущественно выражалось в поддержке формирующейся рамки и в участии в её обсуждении.
Это различие не позволяет само по себе сделать вывод о различной степени политической заинтересованности государств, тем более что в других направлениях здравоохранительного трека БРИКС Россия выступает как один из инициаторов. Вместе с тем оно ставит следующий исследовательский вопрос: какие внутренние институциональные условия позволяют государству не только участвовать в международной повестке, но и самостоятельно формировать её содержание? Ответу на него посвящена вторая часть настоящей серии.
Доступность данных
В рамках настоящего исследования новые данные не генерировались и не собирались.
Заявление автора о конфликте интересов
Автор заявляет об отсутствии конкурирующих финансовых интересов.
Информация о финансировании
Настоящее исследование не получало специального финансирования от государственных, коммерческих или некоммерческих организаций.
Литература
1. World Health Organization. Global Traditional Medicine Strategy 2025–2034 [Internet]. Geneva: World Health Organization; 2025 Oct [cited 2026 Sep 21]. Available from: https://www.who.int/publications/i/item/9789240113176
2. Lin V, Canaway R, Carlton AL, Ijaz N, Patel G, Sawadogo N, et al. Workforce, regulation and capacity needed for integration of traditional medicine. Bull World Health Organ. 2025 Dec 1;103(12):814–22. doi:10.2471/BLT.25.293560 PubMed PMID: 41328207; PubMed Central PMCID: PMC12665273.
3. Ng JY, Boon HS, Thompson AK, Whitehead CR. Making sense of “alternative”, “complementary”, “unconventional” and “integrative” medicine: exploring the terms and meanings through a textual analysis. BMC Complement Altern Med. 2016 May 20;16(1):134. doi:10.1186/s12906-016-1111-3
4. World Health Organization. WHO Traditional Medicine Strategy: 2014–2023 [Internet]. Geneva: World Health Organization; 2013. Available from: https://www.who.int/publications/i/item/9789241506090
5. World Health Organization. WHO global report on traditional and complementary medicine 2019 [Internet]. Geneva: World Health Organization; 2019 Jun. Report no.: 9789241515436. Available from: https://www.who.int/publications/i/item/978924151536
6. World Health Organization. WHO Traditional Medicine Global Summit 2023: Meeting report, Gujarat, India, 17–18 August 2023 [Internet]. Geneva: World Health Organization; 2025 Apr. Available from: https://www.who.int/publications/m/item/who-traditional-medicine-global-summit-2023
7. World Health Organization. WHO global report on traditional, complementary and integrative medicine 2024 [Internet]. Geneva: World Health Organization; 2025. Report no.: 9789240111387. Available from: https://www.who.int/publications/b/78436
8. Acharya S, Barber SL, Lopez-Acuna D, Menabde N, Migliorini L, Molina J, et al. BRICS and global health. Bull World Health Organ. 2014 Jun 1;92(6):386-386A. doi:10.2471/BLT.14.140889 PubMed PMID: 24940006; PubMed Central PMCID: PMC4047816.
9. World Health Organization. BRICS elevates traditional medicine with landmark declaration and new expert working group [Internet]. 2026 Jul 27. Available from: https://www.who.int/news/item/27-07-2026-brics-elevates-traditional-medicine-with-landmark-declarati...
10. Federation Council of the Federal Assembly of the Russian Federation. Inna Svyatenko: Healthcare cooperation between BRICS countries is developing fruitfully [Internet]. 2025 Jun 6. Available from: http://www.council.gov.ru/en/events/news/167083/
11. Press Information Bureau. BRICS Nations Join Hands to strengthen TCIM, Expert Working Group Taking Shape [Internet]. 2026 Jul 21. Available from: https://pib.gov.in/PressReleasePage.aspx?PRID=2287153
12. Press Information Bureau. 16th BRICS Health Ministers’ Meeting Concludes Successfully under India’s BRICS Chairship 2026 [Internet]. 2026 Jul 23. Available from: https://pib.gov.in/PressReleasePage.aspx?PRID=2288267
13. BRICS Information Centre. BRICS Health Ministers’ Communiqué [Internet]. New Delhi: Press Information Bureau, Government of India; 2013 Jan. Available from: http://www.brics.utoronto.ca/docs/130111-health.html
14. Permanent Mission of India to the United Nations. Joint Communiqué of the BRICS Member States on Health on the Sidelines of the 69th World Health Assembly on May 24, 2016 at Geneva [Internet]. Geneva: Permanent Mission of India to the United Nations; 2016 May. Available from: https://pmindiaun.gov.in/pageinfo/MTMxNA
15. Press Information Bureau. 6th BRICS Health Ministers’ Meet Delhi Communiqué [Internet]. 2016 Dec 16. Available from: https://www.pib.gov.in/newsite/printrelease.aspx?relid=155596
16. National Health Commission of the People’s Republic of China. Tianjin Communiqué of the 7th BRICS Health Ministers’ Meeting [Communique] [Internet]. Tianjin, China: National Health Commission of the People’s Republic of China; 2017 Jul. Available from: https://www.nhc.gov.cn/gjhzs/c100032/201707/0c5ee97be7e8466787f1d744d2a345eb.shtml
17. BRICS. XI BRICS Health Ministers’ Meeting Declaration [Internet]. India: BRICS; 2021 Jul. Available from: https://brics2022.mfa.gov.cn/eng/hywj/ODS/
18. National Administration of Traditional Chinese Medicine. 2022 BRICS High-level Forum on Traditional Medicine Successfully Held [Internet]. 2022 May 25. Available from: https://brics2022.mfa.gov.cn/eng/zdhzlyhjz/others/202205/t20220525_10691665.html
19. BRICS. 16th BRICS Health Ministers’ Declaration [Internet]. Chandigarh, India: BRICS; 2026 Jul. Available from: https://brics2022.mfa.gov.cn/eng/hywj/
20. BRICS. BRICS Health Ministers’ Meeting: Moscow Declaration [Internet]. Moscow, Russia: Russian Presidency of the 2015 Ufa Summit; 2015 Oct. Available from: http://www.brics.utoronto.ca/docs/151030-health.html
21. BRICS. Declaration of the X Meeting of BRICS Ministers of Health. Moscow, Russian Federation: BRICS; 2020 Nov.
22. BRICS. Moscow Declaration of the XIV BRICS Health Ministers’ Meeting. Moscow, Russian Federation; 2024 Oct.
23. BRICS. XII BRICS Summit Moscow Declaration [Internet]. Moscow, Russia: BRICS; 2020 Nov. Available from: https://brics2022.mfa.gov.cn/eng/hywj/ODS/
24. Zhang Y, Li H, Xu X, Antwi HA. On the momentum toward vaccine self-sufficiency in the BRICS: an integrative review of the role of pharmaceutical entrepreneurship and innovation. Front Public Health. 2023 Oct 9;11:1116092. doi:10.3389/fpubh.2023.1116092 PubMed PMID: 37876712; PubMed Central PMCID: PMC10591189.
25. Mathebula L, Mapahla L, Nurkhametova D, Ziganshina LE, Mazinu M, Jordan E, et al. Planned, ongoing and completed tuberculosis treatment trials in Brazil, Russia, India, China and South Africa: a 2019 cross-sectional descriptive analysis. BMJ Open. 2022 Jun 9;12(6):e057941. doi:10.1136/bmjopen-2021-057941 PubMed PMID: 35680261; PubMed Central PMCID: PMC9185397.
26. Forum on Drug Discovery, Development, and Translation, Board on Health Sciences Policy, Institute of Medicine. The Global Crisis of Drug-Resistant Tuberculosis and Leadership of China and the BRICS: Challenges and Opportunities: Summary of a Joint Workshop by the Institute of Medicine and the Institute of Microbiology, Chinese Academy of Sciences [Internet]. Washington (DC): National Academies Press (US); 2014 [cited 2026 Sep 24]. (The National Academies Collection: Reports funded by National Institutes of Health). Available from: http://www.ncbi.nlm.nih.gov/books/NBK174841/ PubMed PMID: 24404635.