От растения к химии: история «ревматических» средств 1

От растения к химии: история «ревматических» средств  

(часть 1)
Ханс Кайзер (Аугсбург, Бавария, ФРГ) H.Kaiser. Von der Pflanze zur Chemie – Die Frühgeschichte der „Rheumamittel“ // Zeitschrift für Rheumatologie. 2008. Vol.67. S.252–262.

От переводчика: Известный немецкий ревматолог, доктор медицинских наук, профессор Ханс Кай-зер (1921-2012) был свидетелем и участником ряда событий, связанных со становлением ревматологии как самостоятельной клинической дисциплины в Германии. Он также является автором целого ряда работ, посвященных различным аспектам истории ревматологии, в том числе имевшим место в те далекие времена, когда еще не существовало ни специальности под названием «ревматология», ни нозологических форм, носящих имена «ревматизма» и «ревматоидного артрита», а имелась лишь категория, называвшаяся «ревмой» и составлявшая определенное ядро терапевтического дискурса гуморальной патологии от Гиппократа (460-377 до н.э.) и Галена (131-201 н.э.) вплоть до Сигизмунда Альбикуса (1358-1427) и Гийома де Балло (1538-1616).

  Темы, которые Х.Кайзер избирает предметом своих работ и которые требуют от него высокой эрудиции, а от читателя – достаточно пристального внимания, позволяют ему рассматривать проблемы современной клинической ревматологии через призму исторического развития свойственных этой специальности концепций и подходов. Последнее, как представляется, придает статьям профессора Кайзера особый эвристический потенциал и делает их чтение не только захватывающе интересным, но и в буквальном смысле этого слова полезным. На протяжении более десяти лет они публиковались в ведущем немецкоязычном ревматологическом журнале «Zeitschrift für Rheumatologie»; среди них, в частности, такие яркие работы, как «Кортикоиды в ревматерапии – вчера, сегодня, завтра» (2000), «Филип Ш.Хенч (1896-1965) – отец кортизонотерапии» (2003), «Герман Бургав (1668-1738)» (2006), «Гийом де Балло (1538-1616) – отец ревматизма» (2006), «Жан-Батист Буйо (1796-1881) – ревматолог, кардиолог и более» (2006), «От растений – к химии: ранняя история „ревматических средств“» (2008), «История суставных пункций и инъекций» (2010). В этот ряд, без сомнения, может быть включена и предлагаемая статья.

  К безусловным достоинствам настоящей статьи, повлиявшим на выбор в ее пользу, относится еще одно существенное обстоятельство. На наш взгляд, представляется  достаточно очевидным, что значительное большинство публикаций по истории терапии посвящается эволюции врачебного представления о болезни – открытию новых нозологических форм или выделению их из ранее менее дифференцированных нозологических групп, уточнению их этиологии, патоморфологии и патофизиологии, становлению новых методов диагностики и прочим аспектам врачебной деятельности, формирующим ее, так сказать, репрезентативную сферу. В то же время число работ, посвящаемых анализу эволюции врачебного вмешательства в болезнь – введению в практику новых лекарственных средств и способов их применения, изменения терапевтической логики, сопровождающих смену доминирующих парадигм о природе воздействия лекарственных начал на человека и прочим аспектам, формирующим перформативную сферу врачебной деятельности, уделяется значительно меньшее внимание. Настоящая статья, обладающая невероятной плотностью представленного фактического материала, служит достойному заполнению этого пробела.
Д.Иванов-Вызго.
СПб., 2017.


Резюме: Эмпирическое использование лекарств растительного, животного, а также минерального происхождения простирается в глубь тысячелетий. Только в XIX веке терапия, благодаря извлече-нию действующих начал, их химическому анализу и, наконец, синтетическому производству, а также частичной химической модификации активных веществ, приобрела научную основу.
Безвременник применялся со II века до н.э. для лечения болезней суставов и подагры, а его действующее начало – колхицин – был открыт в 1819 г.

  Также и кора ивы на протяжение 4 тысяч лет считается средством против лихорадки, болей и подагры. Действующее начало – салицин – был выделен в 1829 г., салициловая кислота – в 1838 г., а более легко переносимое вещество этой группы – ацетилсалициловая кислота – была синтезирована в 1897 г.

  Хотя противолихорадочное средство – кора хинного дерева – никогда не применялась как средство против ревматизма, она тем не менее стала отправной точкой для получения важных антиревматических средств. В поисках заменителя хинина в 1883 г. был получен антипирин, а затем и множество производных от него противовоспалительных, жаропонижающих и болеутоляющих ак-тивных веществ.
После Второй мировой войны было открыто самое мощное противовоспалительное средство – кортизон, производные которого и до сего дня обязательны при лечении воспалительных ревматических заболеваний. Примерно на это же время пришлась новая волна исследований, приведших к созданию большого числа так называемых нестероидных противовоспалительных средств.

  После открытия в 1970х годах противовоспалительных цитокинов, в 1990х удалось получить антитела к этим веществам, что принесло в ревматерапию новые перспективы – так называемую биофармакологию. 
Сок из головок мака уже во времена Гиппократа был известен как обезболивающее. В начале XIX века было выделено его активное вещество – морфин. В ревматологию он пришел – если вообще пришел – только в виде полученных синтетическим путем так называемых опиоидов.

Историю так называемых ревматических средств нужно рассматривать на фоне общего развития фармакологии. Поэтому обсуждение существа темы мы предварим кратким обзором.


Общие основы

Терапия в гиппократовской медицине

  Хотя уже древние народы, наряду с магией и заклинаниями, имели начатки лекарственных средств, мы располагаем надежными источниками лишь со времени античной Греции. В Гиппократовом корпусе (V–IV в.в. до н.э.) на переднем плане стояла диететика, т.е. умеренный во всех отношениях образ жизни, и хирургические мероприятия [20]. Лекарства не занимали того место, которым они обладают сегодня. В Корпусе Гиппократа нет текстов, подробно освещающих действие медикаментов и их приготовление [28, 38]. Тем не менее в нем встречается упоминание 270-280ти «Pharmaka» [64]. Этим термином древние греки обозначали также и яды. Первым их стал различать Цельс (ок. 25 до н.э – ок. 50 н.э.) , противопоставив «лекарство» (Medicamentum) и «яд» (Virus) [57].

Лекарственные средства изготовлялись главным образом из растений, в меньшей степени из продуктов животного или минерального происхождения и применялись в виде различных препаратов наружно и внутрь. Соответственно представлению о том, что болезнь возникает от нарушения равновесия телесных соков, на первом месте стояли «очистительные» мероприятия, такие как кровопускания и банки, равно как препараты рвотных и слабительных, мочегонных и потогонных и, наконец, отхаркивающих средств. Против болей использовались также наркотические средства. Наряду с этими медикаментами важную роль играла физиотерапия в виде применения холода, тепла, ванн, компрессов и физической активности [37]. Из описанной картины следует также, что в античности, за редким исключением (каким является, например, подагра), лечили не болезни, а симптомы и жалобы.

Медицина древнего Рима и Византии.


Александр Тралесский (525-605), составивший 12 книг о терапии, требовал, чтобы медикаменты применялись лишь тогда, когда оказывались недостаточными физиотерапевтические меры [20]. Хотя отдельные книги о лекарственных растениях появлялись еще до Рождества Христова – например, Диокла Каристского (IV в. до н.э.), Теофраста (372-287 до н.э.) и Кратеваса (II-I в.в. до н.э.; [38]), первое обширное «Лекарствоведение» (в латинском переводе – De Materia medica; рис.1) было составлено Педанием Диоскоридом из Аназарба в Киликии (I в. н.э.), опиравшимся на опыт, приобретенный в римской службе около 60 г. н.э. Эта книга, описывающая более 800 лекарств растительного происхождения, из которых более 90 используются и по сей день [64], была переведена на многие языки и на протяжении полутора тысячелетий служила в качестве главной фармакопеи [17].

Старший Плиний (23-79 н.э.) ввел учение о сигнатуре . Это означало, что форма и цвет ле-карства должны были подходить человеческим органам или болезни. Эти представления отчасти сохранялись вплоть до Нового времени [45, 57].

Гален Пергамский (129-200 н.э.), величайший из римских врачей своего времени, обобщил античные знания, дошедшие благодаря этому до Нового времени. В целом Гален пользовался, соответственно рекомендациям Диоскорида, лекарствами растительного происхождения без их химической обработки, отчего и произошло название галеновых препаратов [1].
В более поздние годы стали преобладать лекарственные смеси, причем, например, применявшийся для профилактики и лечения вплоть до XI века териак  содержал до сотни ингредиентов [1].

Монастырская медицина.
Начиная примерно с 1000 г. н.э. монастыри обратились к уходу за больными и разведению лекарственных трав. Валафрид Страбон (806-849), бенедиктинский аббат с острова Рейхенау на Боденском озере, описал в своем «Садике»  840 лекарственных трав  из своего монастырского сада.
Аббатиса Хильдегарда Бингенская (1098-1179) описала целебные свойства 213 растений, преимущественно местных.

Ятрохимия.
Основатель ятрохимии Теофраст Бомбаст фон Гогенхайм, назвавший себя Парацельсом (1493-1541), отверг галеновскую гуморальную теорию и большинство растительных лекарствен-ных средств в терапии; он верил в специфическое действие отдельных минералов. Но он нахо-дился также под влиянием учения о сигнатурах. Согласно мнению авторитетных историков ме-дицины, он не оказал глубокого влияния на развитие медицины. 
Литература: [1, 18, 20, 24, 37, 57, 59, 64].

 Подводя итог, можно предположить, что в течение трех тысячелетий лекарственная терапия основывалась на накопленном опыте. Однако в начале XIX века из-за частых случаев сомнитель-ного эффекта лекарств стал развиваться некий терапевтический нигилизм. Только во второй по-ловине XIX в., благодаря химическому анализу действующих начал и, отчасти, благодаря произ-водству синтетических биологически активных веществ, ситуация начинает меняться [57].

Выделение действующих начал из растений.
Решающий шаг в развитии лекарственной терапии был сделан в 1804-1806 гг., когда помощник падерборнского аптекаря Ф.В.Сертюрнера (1783-1841) впервые выделил из опиума (сока опиумного мака) болеутоляющий и снотворный алкалоид. В 1817 г. он назвал его морфием, в ка-честве напоминания о греческом божестве сновидений Морфее.
В 1817-1840 гг. последовал целый ряд успехов французских и немецких аптекарей в выделении следующих алкалоидов. Назовем лишь несколько важнейших из них: эметин, стрихнин, хинин, кофеин и кодеин, полученные Ж.Пеллетье (1788-1842) совместно с Ж.Б.Каванту (1795-1877), салицин, полученный П.Ж.Леру (1795-1870), а также атропин, колхицин, аконитин, гиосциамин, лобелин, никотин, выделенные различными немецкими химиками.

(продолжение следует)

Перевод с нем: Д.А.Иванов-Вызго, А.В.Фраёнова
Примечания, комментарий: Д.А.Иванов-Вызго

(Эксперт Портала)